Глава 1. Сейчас мы его на нормальный аппарат переведем | Официальный сайт книги Алексей Ливанов. Сны распятой птицы Перейти к основному содержанию
Загрузка...

Самый обыкновенный день реанимационной бригады в ковидную эпидемию начинается достаточно лаконично. Проверка оборудования на заряженность, работоспособность, проверка наполненности кислородом баллонов, наличие запаса СИЗов1 и, конечно же, беглый осмотр всех укладок и т.д. и т.п. Так что этот день ничем необычным не отличался от остальных, но... Именно в этот день как раз и произошел этот удивительный и «веселый» случай, коих еще будет достаточное количество и они обязательно лягут на бумагу.

Но вернемся к нашему выезду. После проверки всего и вся, на телефон уже несутся звонки-заявки на перевозки. Эвакуационные формы на приложение, все как обычно. Читаю первую разнарядку: надо перевезти дедушку из какой-то жопы тоже в какую-то жопу, читаю диагноз, вполне стандартный для ковидлы: внебольничная двухсторонняя нижнедолевая полисигментарная пневмония, по КТ-32, кучка сопутствующих – короче ничего нового и интересного для меня. Посмотрели сколько ехать, созвонился с отдающей стороной по состоянию на данный момент, порасспрашивал, что да как, позвонил принимающей стороне, на самом ли деле тебя с таким пациентом ждут. А то бывали случаи, что по приезде, с порога больницы вам со всей решительностью дежурный врач или администратор говорит: «Вы кто такие, я вас не звал, иди нах*й отсюда, МЕСТ НЕТ!!!». И ты, как идиот, стоишь и дальше мокнешь в бахилы, пока твоя диспетчерская пытается найти «тебе» койку в другом ковидном центре. Так вот, вроде все утрясли, везде зеленый свет. Тронулись.

Приезжаем за пациентом в город N, в больничку А, переделанную в ковидный центр на быструю руку, с раскрашенными стрелками в красный и зеленый цвет, подписями и надписями, что, мол, тут красная зона, тут зеленая, сюда можно, сюда нельзя, туда КТ, туда АРО3 и т.д. и т.п. Привычно и быстро надеваем СИЗы, собираем все нужное и кладем на каталку. В приемнике нас быстренько направили на правильный этаж в правильное отделение. Заезжаем, на каталке – все стандартно, аппарат ИВЛ "Гамильтон", кардиомонитор "Корпульс", инфузоматы (шприцевые насосы), укладка реанимационная, белье одноразовое и немного по мелочи. Пока мой фельдшер стоит и оценивает размеры предстоящей физической нагрузки, я плавно отбиваюсь от предложений сразу грузить пациента и у*бывать восвояси, и мягонько так намекаю на ознакомление с историей болезни у постели больного.

Пока читал, пока мне объясняли, что да как, потихоньку переключились на нашу аппаратуру, синхронизировали пациента с аппаратом, упаковали и готовы были ехать в город M, где нас не очень-то и ждали, но принимали. Дорога на перевозках ковидных у нас занимала от 30 минут до 12 часов, все конечно же зависело от расстояний между больницами и приключениями, которые случались очень часто во время транспортировки. А про 12 часовой заезд я обязательно расскажу в следующих сериях. Так вот, в этот раз мы ехали где-то часа 2.

Приезжаем, картина маслом: больничка за забором в 3 этажа, перед забором КПП и шлагбаум. Нашему водиле в окно стучит охранник с наитупейшими вопросами: кого привезли, зачем привезли, как Ф.И.О. пациента и еще кучка вопросов от директора шлагбаума, не связанные между собой вообще никак.

Ну, мы не пальцем деланные, не впервой. Как смогли объяснили на его языке. Ждем, когда у него в говорящем ухе завизжит голосок, дающий нам зеленый свет на въезд. Пока ждем и готовимся к выгрузке, боковая дверь в машине открывается и на нас, красивых, в экипировке, которой позавидовал бы сам Юрий Гагарин при первом полете в космос, смотрит мужчинка около 50 лет с такими влажными-влажными глазами. Мы в ах*е, конечно. Первое что приходит в голову сказать: «Дверь нах*й закрой, полудурок!!!». Но его это нисколько не обижает и не останавливает, он в нее вцепился и начинает сыпать вопросами как из рога изобилия, а главное, что не самые тупые, что наводит на мысль, а не местный ли это доктор. В итоге всё свелось к тому, что это местный начмед, и он пришел лично увидеть сие чудо, ибо это первый пациент с ковидом для их кузницы здоровья на аппарате, а терапевтический профиль пару дней как работает. И пока нам открывали шлагбаум, и охранник объяснял куда подъезжать водителю, начмед, то ли громко про себя, то ли тихо для нас, изрекает: «Хмммм, а как они его наверх-то понесут…?»

Я, естественно, не придал никакого значения этому, и мы проехали к приемнику.

Подъезжаем, на месте приемника – черный вход, здание в три этажа, где первый этаж в виде цоколя. Иду на разведку. Каталок нет, персонала нет. Пытаюсь найти кого-нибудь и дохожу до второго этажа. Отделение видно, что терапевтическое и ковидное по характерным надписям и персоналу в костюмах. Спрашиваю у первой попавшейся медсестры:

- А где реанимация-то?

- Там наверху.

- А лифт где?

- А нету.

Приплыли… АРО находится на последнем этаже, то есть по факту втором, но в реальности третьем. И что нести надо будет именно оттуда, откуда пришел я. Начинаю грустить, но иду в отделение реанимации заручиться поддержкой хотя бы двух человек в виде принимающего доктора и медбрата. Отделение меня встречает медсёстрами и одним врачом, я начинаю грустить еще больше, объясняю кто я, что я и зачем к ним явился. Объясняю ситуацию, что как-то мне будет его тяжеловато нести, хотелось бы немного помощи, но ответ был гениальным: "Ждите, я (доктор) сейчас спущусь".

Вышел я, конечно, злой, если не сказать, что мне очень хотелось кому-то дать по голове и не рукой, а баллоном. Но… такова наша участь. Спускаюсь, рисую картину фельдшеру и водителю, обещая накормить всех после геройского подвига в МакДаке и на халяву, попутно раздавая указявки, что, мол, сейчас мы разберем нашу каталку, сделаем из нее носилки, поснимаем всю лишнюю х*йню для переноса пациента, оставив только аппарат ИВЛ с кислородным баллоном и портативным пульсоксиметром и потащим вчетвером, совместно с подмогой местной, его наверх. Главное при этом не «дернуть трубу» и не экстубировать больного раньше времени. Все всё поняли и понеслась.

Материмся, превращая каталку в носилки, снимаем все датчики, лепим портативный пульсоксиметр, фиксируем пациента ремнями, чтобы не убежал. Снимаю со станины аппарат и смотрю, что в маленьком баллоне осталось кислорода на один вдох, меняю на запасной и… Он, сука, сифонит, пробую и так, и этак, сифонит жутко, кислород вылетает как вода с отрытого на полную крана. Конечно не ожидал такой подставы, но решение моментальное - значит берем 12 литровый здоровый. Ждем явления «помощника» на свет, но не судьба. Получасовое ожидание надоело. Плюнув на всё, фиксируем аппарат между ног пациента, я забрасываю баллон на плечо, водитель берет с головы переделанные носилки, фельдшер страхует аппарат и водителя, я в ноги и начинаем движение.

Мата, конечно, эта больничка, столько еще не слышала. Пролеты узкие, еле протискиваемся, останавливаемся на каждом, переводим дух и рассчитываем траекторию для следующего рывка. Полчаса матюгов и мы у порога в АРО. Выкатываем местную каталку, перекладываем, заходим. Я честно думал, что нас будут встречать как Геракаклов, после неравной битвы, где мы геройски всех победили, и молодые девы упадут нам на грудь, может даже скажут "Спасибо", за такую титаническую работу, но хер там был и плавал... Нас встретили как говно, типа: "Хммм… Донесли, все-таки..."

Я молчу, отдаю документы на больного, кратко пересказываю анамнез, что делал, как доехали, как вел пациент в пути, останавливаюсь на режиме и параметрах вентиляции. Вдруг местный доктор меня перебивает и спрашивает: "А что это у вас за говно вместо аппарата ИВЛ? Вот поэтому он так плохо у вас и вентилируется!". И с этими словами отбрасывает пелёнку, за которой стоит ЭТОТ МУЗЕЙНЫЙ ЭКСПОНАТ! И название ему – РО-64 … Чтобы вам хоть немного понять всю эпичность этого момента, скажу так: РО-6 умеет делать две вещи. Первая – это тупо загонять заданный дыхательный объем, с заданной частотой дыхания в минуту, выставленный реаниматологом, не взирая на пол, массу, возраст, наплевав на всю физиологию дыхания и второй – это не работать. Ну а если кому-то очень захочется почитать про него подробней, то Гугл в помощь. Так вот, отбросив простынку и явив миру восстание машин, доктор выдает фразу, после которой я честно уже не хотел ничего говорить, спорить и тем более применять физическую силу: «Сейчас мы его на нормальный аппарат переведем и все отлично будет…»

И тут я понял, что всё… Пиздец выглядит именно так. И именно тут, это было описано одним предложением. Я молча положил историю на стол, взял подпись о приёме пациента, фельдшер собрал по-быстрому манатки, и мы уехали. Как и что было дальше, я, конечно, узнал в этот же день. Но в голове осталась только эта фраза: «Сейчас мы его на нормальный аппарат переведем…»

Так закончился этот случай, один из многих за 4 месяца работы. А дальше были еще перевозки, консультации и много работы. Но это уже совсем другие истории.


1  СИЗ – средства индивидуальной защиты

2  КТ-3 – степень оценки тяжести вирусной пневмонии на КТ. Средне-тяжелая, соответствует 50-75% поражению лёгких (значительный объем).

3  АРО - анестезиолого-реанимационное отделение

4  РО-6 – Это очень-очень старый аппарат, еще советских времен. Это очень большой аппарат, его особенность в том, что он не пишет никаких параметров вентиляции, то есть непонятно что фактически, получает больной, кроме того, что задано. Т.е. это такая механическая работа. И у него нет системы тревог, которая бы говорила, что что-то не так происходит. И если реаниматолог совсем дурак и захотел в него литр вдувать воздушной смеси, например, вместо полулитра, современный аппарат начинает вдувать и говорит: «Братан, мы ему сейчас так легкие порвем!». А РО-6 говорит: «Ща все сделаем!» и вдувает. Если элементарная разгерметизация контура произойдет, например, контур вылетает из аппарата, и современный аппарат сразу пищит и говорит, что что-то не так, чтобы ты обратил внимание. А РО-6 не будет пищать. Просто ты увидишь, что больной становится синенького-синенького цвета. (Аппараты ИВЛ "Гамильтон" и РО-6 в сравнении на картинке выше).